Boardwalk. 9:35
Хаус, всё-таки, убедил Кадди, что ему лучше спать на диване. Боясь испортить их дружеские отношения, Лиза согласилась. Сейчас было довольно светло, но это не мешало Хаусу спать. Он мило похрапывал и как маленький пускал слюну на подушку. Такая картина, конечно, умиляла Кадди, но всему есть предел и этим пределом являлось время. Не выдержав, Кадди стала будить Хауса.
- Хаус вставай… - еще тихо произнесла Лиза, потрясла Грега за плечо, но он лишь стал зарываться в подушку.
- Грег вставай…
- Мххх… - он растянулся в улыбке, – наконец-то, дождался, думал, насколько тебя хватит.
- Вставай, – Лиза состроила недовольную гримасу, встав с дивана.
- Мамуль, а может, ты мне поможешь? – Хаус, сделав щенячьи глаза, посмотрел на Лизу.
- У тебя слюна течет, так что думаю, сам справишься, – Лиза удалилась в ванную.
- Конечно, - недовольно протянул он, - сперва разбудит, а потом убегает в ванную.
Хаус встал, убрал постель, быстро переоделся. Выйдя из ванной, Кадди заметила, что прошло не более пяти минут.
- С каких это пор ты успеваешь собраться за пять минут? - Кадди явно удивилась скорости Хауса.
- С тех самых как…- он хотел сказать «как мы расстались», но его сердце ёкнуло. «Нет, так нельзя» - сказал он сам себе. – Я решил меняться, – он холодно улыбнулся.
- Оу! Это ты молодец, – Кадди засмущалась, похоже, она почувствовала какой-то упрек со стороны её собеседника.
- Я завтракать, ты пойдешь? – он направлялся к двери.
- В это время многие уже обедают…
- Понятно, я пошел, – Хаус вышел из номера
- Я же не сказала, нет! – догоняя его, прокомментировала Кадди.

Кафе. 10:03.
Хаус ел свой якобы «здоровый» завтрак, Кадди ела действительно здоровую пищу. Салатик, чай и рядом гамбургер с кока-колой - легко было догадаться, что кому принадлежит. Жуя свой гамбургер, Хаус произнёс:
- Вто у наш по плану?
- Конференция по неврологии, - Кадди шокировано наблюдала, как Грег поедает этот ужас.
- Как ты это ешь? - с отвращением спросила она.
- Так же как и ты ешь вот это, – проглотив, сказал он, указывая на её тарелку с салатиком, - очень быстро и за обе щеки. Что у тебя протест к гамбургерам?
- Нет. Просто как ЭТО можно есть?
- Сейчас покажу, - он уселся так, чтобы ему было удобнее, - значит так, берешь гамбургер, локти ставишь на стол, так чтобы гамбургер оказался на уровне рта, и кусаешь. Вот так! И вуеф… Ммм … хочешь? – он протянул ей гамбургер.
- Да нет, что-то не хочется, – Кадди поморщилась и вернулась к поеданию салатика.
- Ну и зря, – тут в голову Хауса пришла новая гениальная идея, как расколоть Кадди насчёт ребенка.
- Вот тебе, с твоей фигурой, зачем есть всю эту здоровую пищу? - Хаус пытался сделать комплимент и заодно разузнать тайну. – Ты же не тяжелобольная, слава богу.
- Нет, это просто полезно,– спокойно ответила Кадди.
- Ну да, это полезно беременным или тяжело больным, - намекнул он.
- Кххккк, – чуть не подавилась она.
- Ты вроде ни к тому, ни к другому не относишься, – он слегка ухмыльнулся и посмотрел на Кадди. – Ты же не относишься?
Кадди отрицательно помотала головой.
– Нет,- Лиза хоть и хотела сказать правду, но не так, не сейчас.
Хаус был огорчен, что ничего не вышло, и решил сменить тему.
- Вот видишь, тебе совсем это не нужно, – улыбнулся он ей.
- Да, - в ответ улыбнулась Лиза. – Я просто люблю салат.
- А с каких пор? – Хаус поднял одну бровь, пока они были вместе, Кадди ни разу не готовила салат.
- С детства, – Лиза состроила доброжелательную гримасу, слегка напоминающую улыбку. – Что в этом такого? Это просто полезно.
- Ой, да ладно, мы оба знаем, что это также полезно для тебя как для меня балет, - Хаус решил стоять на своём. - Бесполезно!
- Успокойся, - Лиза продолжила есть свой салат еще быстрее, - если тебе так будет приятно, то ты прав. Все инцидент исчерпан? – в надежде спросила она.
- Да, но это можно было признать еще в самом начале.
- Хаус ты не выносим, – Лиза закатила глаза, она устала от этих споров.
- Я кстати мало говорю и быстро ем в отличие от тебя, – Грег сел в позу, скрестив руки на груди, весь его вид говорил «Ешь БЫСТРЕЕ!»
- Я тоже все, – сказала Лиза, отложив салфетку и допив чай.
- Наконец-то, не прошло и полгода, – ворчал Хаус.
- Пойдем нам уже пора на конференцию, сегодня она в каком-то ресторане не далеко от нашего отеля.
- Ммм… отлично можно и прогуляться, – улыбнулся Хаус, открывая дверь для Кадди и выходя из ресторанчика. – Вечером, если там пройтись будет интересно.
- Да, – Кадди поддерживала его интересную идею. – Пойдем скорее.

День. С 11:00 до 22:00.
За день произошло очень многое, конференция была, наверное, самой скучной в жизни Хауса, да и Кадди не слишком радовалась всему происходящему. Конечно, конференция была очень полезная, но на ней было очень не интересно. Затем был еще более скучный банкет, на котором Хаус решил не задерживаться, и Лиза поддержала его в этом. На улице было еще светло, когда они вышли из ресторана и решили прогуляться, так как в номере тоже было нечем заняться. Темы их разговоров были исключительно медицинские, так было легче поддерживать беседу, не переходя на споры и препирательства по каким-либо поводам.
Уже темнело. Было около девяти часов. Хаус с Кадди решили вернуться в гостиницу.
- Ты знаешь, сегодня Уилсон с Сэм приезжают, – сообщил Грег, спускаясь по небольшой лестнице.
- Правда? – Лиза не поверила своим ушам. – Они что помирились?
- Да, - Грег смущенно улыбнулся, что было для него несвойственно, - хорошо, что так у них всё сложилось.
Кадди заметила это его смущение:
- Это ты их свёл? – удивленно посмотрев на Хауса, спросила Лиза.
- Нееет, – стал в позу Грег. – Я что похож на сумасшедшего? –
Хаус добавил шагу.
- Хаус, да ты молодец, - Лиза улыбалась во все тридцать два зуба. - И как это было?
- Я ничего не делал, телефон сам случайно набрал Сэм и я, видимо случайно, сказал ей, что Уилсону плохо, вот… ну и потом она воскликнула: «О господи, как же, так?!» и я дал ей его новый номер и «та дам!», они сегодня приезжают, – энергично рассказал историю Хаус.
- Очень мило с твоей стороны.
Кадди почувствовала некую неловкость по отношению к Хаусу, он помог Сэм и Уилсону воссоединиться, что, кстати, для него было очень даже странно. Нет, он и раньше помогал Джеймсу, но так чтобы позвонить его бывшей девушке и попросить вернуться к Уилсону? Это было невероятно. И Кадди это понимала.
Сейчас они просто тихо спускались вниз и ничего не говорили. Почему-то тишина их сближала. У них было ощущение тепла и спокойствия. Но потом это тепло резко исчезло, когда Хаус стал вдумываться в то, что он сейчас делает. Они с Джеймсом придумывают какие-то гениальные планы по завоеванию Кадди Хаусом, а нужно ли ей это? Хочет ли она снова быть с ним? И в этом случае в его голову приходили совершенно разные варианты ответа на эти вопросы:
Во-первых, почему бы и нет, они были довольно счастливы вместе. Их ссоры всегда заканчивались интересным примирением.
Во-вторых, почему она должна к нему возвращаться? В смысле отношений он её предал, приняв викодин.
В- третьих, они любили друг друга.
В-четвертых, не факт что Кадди поддерживает третий пункт.
В общем, в голове Хауса был полный кавардак. Естественно, это было видно по его лицу, и Кадди это заметила. Его глаза бегали, он как будто искал ответ, но на какой вопрос было непонятно не только ей, но и ему.
- О чём думаешь?
- О том, не пропустили ли мы наш поворот, - это был вопрос с подтекстом, Хаус умел задавать такие вопросы в нужную минуту.
- Да нет, сейчас еще несколько метров и повернём, – ответила Кадди только на одну часть вопроса.
- Ну да. Слушай, а может, за Уилсоном съездим?
- Давай, они будут рады, что мы приехали?
- Думаю, ничего плохого они нам не сделают, - Хаус подошел к обочине.
- Такси! - он открыл дверь машины. - Нам в аэропорт.
- Конечно, садитесь.
- Кадди, – он кивнул головой, показывая, что можно садиться.

Аэропорт. 22:34.
Хаус и Кадди стояли в зале ожидания. Прошло около пяти минут пока показались Уилсон и Сэм.
- Наконец-то, случилось, я думал, мы уже состаримся, пока они подойдут.
- Хаус перестань, вспомни, как сам шел после перелёта.
- В отличие от них я был олимпийским чемпионом по бегу.
- Ха-ха, – притворно засмеялась Кадди.
- Что за «ха-ха»? Это вообще-то действительно смешно, а не «ха-ха!» - Хаус встрепенулся от того, что его шутку не оценили.
Тут уже и Уилсон с Сэм подошли к их компании.
- О чем беседуем? – вежливо перебил Джеймс. Иногда складывалось впечатление, что он все делает вежливо - здоровается, перебивает, и даже бьёт стекла в церкви и то вежливо.
- О твоей мерзкой походке, Привет кстати, – недовольно пыхтя, произнёс Хаус.
- Спасибо, привет, - Уилсон чмокнул Кадди в щеку.
- Привет, - также чмокнула Лизу Сэм. – Хаус, здравствуй!
- Привет, – сухо ответил собеседник. – Может, пойдём?
- Да, - быстро согласилась Лиза, - у меня есть идея, давайте доедем до ресторанчика, а там потом спустимся пешочком к отелю, если кто-то не против.
- Вот почему под «кто-то» ты всё время подразумеваешь меня? – ехидно спросил Хаус.
- Потому, что ты сам так себя подразумеваешь, – Лиза схватила под руки Джеймса и Сэм, - пойдёмте уже, - и послала Хаусу убийственный взглядик.
Они вышли из здания аэропорта и отправились в ресторан. Просидев там не так уж долго, друзья пошли в отель. Немного не трезвый Уилсон мило улыбался, совершенно трезвый Хаус шел очень тихо, но тоже улыбался, женщины же вели между собой какой-то разговор, который не очень сильно интересовал мужчин.
- Кстати Сэм, где ваши вещи? – спросила Кадди.
- Мы взяли только самое необходимое, а остальное решили купить здесь.
- Хо-хо, Уилсон да тебя разводят на не малую сумму, – подколол Хаус. – И, кстати, где это самое необходимое?
- Вообще-то я сам предложил купить здесь вещи, а «самое необходимое» уже в отеле.
- Мда, а я вот совсем не люблю магазины, - Хаус состроил гримасу полного отвращения. - Эти женщины, эти примерки…
- Да, то-то у тебя новый гардероб, - заметила Кадди, - ты совсем не любишь магазины.
Женщины засмеялись.
- Ладно, хватит смеяться мой «Maps» говорит, что сейчас нам нужно повернуть на… направо, - заговорил Джеймс, - вот нам сюда, - показал он рукой.
- Ну, пойдемте, что-то говорит мне, что завтра я проснусь без ног, – пробормотал Хаус.
Они повернули и шли по не очень освещенной улице. Им оставалось около трёхсот метров до отеля, как вдруг раздался выстрел, и улица стала совершенно темной. Из-за угла дома вышли двое парней. Видимо, они были настроены серьезно. Один из них подошел сзади к Кадди и обхватил её за горло, второй грозился пистолетом.
- Дамы и господа, как вы поняли это ограбление, – произнёс бандит с пистолетом, направленным прямо на друзей.
- Отпусти её! – потребовал Хаус.
- Эй, дедуля, отвали пока при памяти, а то твоей девочке не поздоровится.
- Хаус не лезь, – посоветовал Уилсон. – Давай просто отдадим им то, что им нужно.
- У меня разговор с отморозками короткий, я и колоноскопию могу сделать вот этой тростью, – не унимался Хаус.
- Дедуля, да ты борзый, гоните бабки и вы свободны, а с ней мы еще может, поговорим… - ехидно улыбнулся один из бандитов.
Уилсон и Сэм уже начали доставать деньги когда:
- Заткнись! Со своей мамой экспериментируй.
- Что ты сказал, про мою маму? – закипел парень с пистолетом.
- Что слышал! – не унимался Хаус.
В этот момент раздалось несколько выстрелов. Парень, который держал Кадди, быстро её отпустил и, собрав деньги, побежал прочь. Парень с пистолетом сделал еще несколько выстрелов в темноту и скрылся за домом.
- Хаус! – прокричал Уилсон. Вся компания склонилась над истекающим кровью Грегом.
В Уилсона тоже попала пуля, но она только слегка задела руку, так, что он почти и не почувствовал. Джеймс достал мобильный и быстро набрал номер 911.
-Мы около отеля Boardwalk, мужчина с огнестрельным ранением.
- Сейчас будем, – послышалось с другой стороны линии.
- Держись, – пробормотала Сэм.
- Лиза! Очнись! – прикрикнул на неё Уилсон. Она была в сильнейшем шоке, по её лицу тихо капали слёзы. – Помоги мне сделать перевязку! Лиза! Чёрт возьми! Сэм помоги мне!
- Не кричи! – в тон ему ответила Сэм. – Я и так делаю все возможное.
Тут видимо в Кадди, что-то проснулось, она резким движением сорвала один рукав рубашки Уилсона и обмотала ему руку.
- Не страшно, помоги мне остановить кровь ему, – троица яростно пыталась помочь раненому Хаусу. Сердце билось очень медленно, так, что почти невозможно было нащупать пульс. Одна пуля попала в больное бедро, другая где то около печени, третья попала почти в сердце. Как близко к сердцу попала пуля, никто не знал. Успеет ли служба спасения? Этот вопрос мучил всю троицу.
Через несколько минут подъехала скорая помощь. Они уложили Хауса на каталку и начали останавливать кровь. Кадди дали успокоительное и кислородную маску. Уилсону тоже помогли с его рукой.
- Его нужно в Больницу Принстон-Плейнсборо, – попросил Уилсон.
- Извините, мы ничем не можем его транспортировать в другой город, у нас нет такого разрешения. Если есть родственники, то завтра они смогут его забрать в Принстон-Плейнсборо, – проговорил один из спасателей.
- Я его врач! – выступил Уилсон.
- Ничем не могу помочь… - запротестовал тот же спасатель.
- Хорошо тогда его жена, - он указал пальцем на Кадди, - жена может забрать его прямо после операции?
- Вы его жена? – спросил спасатель. Уилсон резко обернулся и посмотрел на Кадди. – Так вы его жена?
Кадди послушно кивнула головой.
- Хорошо мы везем его в Десерт-Спрингс в хирургию, а потом сможете его забрать, – спасатель показал, что можно грузить, - погружаем его ребята. Вы с нами.
Вся троица залезла в машину. Через десять минут Хаус был уже в хирургии больницы Десерт-Спрингс.

*** <--- Обещанные звёздочки

Больница Десерт-Спрингс. 02:00.
Кадди спала, ей снился странный сон: будто бы Хаус сидит рядом с её кроватью, говорит как ему плохо, как он страдает. А сзади него парень, он почему-то светится. Что было странно в этом сне, так это то, что он был как будто наяву.
Хаус держал её за руку, и Лиза пыталась задержать его, потому, что он прощался. Лиза тут же вспомнила, что Хаус в операционной. Может он умер и прощается? Как только Лиза об этом подумала, Хаус наклонился и поцеловал её. Через секунду он и тот парень исчезли. Лиза проснулась.
Проснувшись, она увидела сидящую рядом Сэм. Та быстро всё рассказала Кадди: что операция прошла успешно, что одна пуля прошла на вылет и все, что могло быть плохого уже позади.
- А так, всё замечательно, ты и малыш здоровы, Хаус тоже поправится, – утешала её Сэм.
- Да, - Кадди помотала головой, - Сэм как…- Кадди замялась, не решаясь что-то спросить.
- Что? – переспросила Сэм.
- Ничего, где Джеймс?
- Пошел за выпиской Хауса.
- А ну да, - Кадди всё вспоминала свой странный сон.
Тут дверь палаты отворилась, и в неё вошел Уилсон. У него был с очень печальный вид. По его глазам было видно, что он очень расстроен из-за происходящего. На нем была еще та рубашка, в которой он спасал Хауса. Кровь её совсем не красила.
- Сэм выйди, пожалуйста.
- Зачем? – Сэм была совсем не рада тому, что ее выпроваживают
- ВЫЙДИ! – прикрикнул он на Сэм.
- Ладно, – Сэм видела, что Джеймс на взводе.
- Как ты? – спросил он у Лизы.
- Нормально, - Лиза ответила очень грустным голосом. - Как он?
- Плохо, - честно ответил Уилсон, - Сэм уже тебе сказала, что ему одна пуля поразила еще часть больной ноги?
- Да, - огорченно ответила Лиза.
- Что будешь делать?
- В смысле? – Лиза не очень поняла, к чему он клонит.
- В прямом, я не знаю, конечно, что нужно, чтобы ты к нему вернулась, но,
по-моему, это железный повод, – сухо ответил Уилсон, он почему-то злился на Кадди, хотя она была ни в чем не виновата.
- Я не могу, он не изменится, я не изменюсь, у нас нет будущего,- она хотела продолжить…
- Замолчи! – в глазах Уилсона был ужас, - ты что?! Как ты можешь? Ты хоть понимаешь, что ты несёшь? Ты себя слышала!? – Уилсон метался по палате, от злости у него тряслись руки. – Ты не имеешь права его в чём-то обвинять! ТЫ! – он указывал на неё пальцем, - ТЫ! Его не заслуживаешь Кадди! Ты не имеешь права его судить по своим идеалам, - Кадди чуть не разревелась от слов, звучащих из уст Уилсона, они были чистой правдой. Было видно, что Уилсону плевать на здоровье всего мира, лишь бы его друг не страдал, - Я вообще не понимаю, как он в тебя влюбился, - Уилсон покачал головой, - было бы лучше для него тебя не знать…
- Я не могу. Это сильней меня, – Лиза начала горько плакать. - Я его люблю, но все будет сперва слишком хорошо, а потом все станет как сейчас очень плохо и очень больно… - Кадди рыдала от того, что она говорит, она сама не понимала, какую чушь несет.
- Больно? – Уилсон был просто в шоке, ей больно, а Хаусу нет?! – Ты хоть раз о нем думала? Ты хоть раз задумывалась о его чувствах? НЕТ! Так что не говори мне тут о боли! Его боль ни с чьей не сравнится!
- Уилсон, мне больно потому, что я чувствую, что не могу ему ничем помочь, он не хочет этой помощи, он ничего не хочет… - Лиза продолжала горестно реветь, она вспоминала свой сон, и её сердце билось всё быстрее…
-Ты его спрашивала? – Уилсон, конечно, уже знал ответ, - нет, ты не спрашивала. Да ты даже, ему ничего не сказала. Ты просто пойми…
Уилсон сменил тон на более мягкий, потому, что начал слегка понимать Лизу, и потому, что ей нельзя было слишком сильно волноваться.
- Он сейчас в реанимации и неизвестно, что с ним будет, а он даже не слышал о своем ребёнке, - Уилсон решил надавить на жалость. - И поверь, он сейчас там борется за свою жизнь, и неизвестно хочет ли он сюда возвращаться, где его никто не ждет! - Уилсон сам не заметил, как по его щеке покатилась слеза.
– Прости, я не должен быть здесь…- он вышел из палаты и направился в реанимацию.
Лиза плакала и, если ей сейчас было больно, то эта боль была от беспомощности. Уилсон был прав, она хотела лишь изменить Хауса. Она его любила, но, при этом, она еще сильнее хотела его изменить. Видимо, такова была ее сущность менять все вокруг себя, чтобы все было по-своему. Сейчас эти слова почти ничего не изменили, но у неё было ощущение, что они изменили её. И, кажется, сейчас Лиза поняла, что она виновата во всём. Даже в том, чего она и не делала…

Больница Десерт-Спрингс. 02:37.
Уилсон прошёл в реанимацию и дошёл до палаты Хауса. Почему ему так страшно в неё заходить он не понимал. Почему-то он знал, что не он должен сидеть рядом с ним и держать его за руку, говорить как это всё хорошо кончится и то, что все раны заживут и сердечные тоже. Что он забудет и Кадди и все, что с ней связано.
Нет, Уилсон не мог это сказать. Скорее он хотел сказать всё противоположное этому. Что будет боль, что Кадди он сам забыть не сможет, что все не так хорошо. Джеймс был отличным другом, поэтому он решил найти компромисс. Он просто зашел в палату и стал ждать. Ждать, когда состояние Хауса улучшится и его можно будет забрать в Принстон-Плейнсборо.
Джеймс сел около кровати друга и взял его за руку. И просто вспоминал вслух, как они смеялись, как Хаус делал глупости, как он также сидел у кровати Уилсона после операции. Время шло так быстро, что Джеймс и не заметил, что уже шесть часов утра. В палату зашел доктор и сообщил, что жена доктора Хауса может его забирать, так как они оба выписаны.
Уилсон спросил, может ли он забрать Хауса, на что врач ответил отрицательно.
Через несколько минут в палату зашла Кадди, у неё были заплаканные глаза и усталый вид, но она почему-то улыбалась. Хаус всё еще находился в плохом состоянии и мирно спал, но его сердце начало биться сильнее и уверенней, когда она зашла в палату.
Уилсон увидел совсем не Кадди, а какую-то женщину, которая была с её внешностью, но совершенно с другой улыбкой и глазами. Её глаза горели, а улыбка дарила тепло. Джеймс понял, что за это время в душе Лизы все изменилось. Похоже, что она поняла Уилсона и теперь сама обо всем сожалела. Она подошла к Джеймсу и обняла его, как будто благодарила за то, что он её вразумил.
- Спасибо, – сказала она ему.
- Не за что, – Уилсон отстранился, посмотрел Лизе в глаза.
– Ты сама всё решила, - он еще шире улыбнулся, - решила, все совершенно правильно.
- Все равно, спасибо. – Лиза тоже сильнее улыбнулась. Затем подошла к Хаусу и стала пристально смотреть на него. Сейчас он казался ей таким беззащитным. Она взяла его руку в свою. И в этот момент ей стало совершенно плевать на все, что происходит вокруг. Она чувствовала какое-то тепло, точно такое же, как во время сна.
Дверь палаты закрылась, Лиза обернулась, это вышел Уилсон.
«Кадди и спящий Хаус. Как романтично» - думал Уилсон.
Он пошел к Сэм, они, похоже, останутся здесь вместо Кадди и Хауса на конференции.

Добавлено (18.05.2011, 20:56)
---------------------------------------------
И кстати

Больница Принстон-Плейнсборо. 22:34. Палата Хауса.
Хаус открыл глаза, но никого не было рядом, кроме спящего Формана, его можно было считать за пустое место. Не было главных людей - ни Кадди, ни Уилсона. Хотя это было предсказуемо, Грег посмотрел в окно, похоже, уже почти ночь. Раз Форман остался здесь, значит, его тут оставила Кадди. Значит, она тут была, сидела и ждала. На его лице появилась улыбка. Посмотрев, что с ним случилось и что ему ставят, он удивился, так как с такими лекарствами ему должно быть куда больнее, чем сейчас, но он совершенно не чувствовал той боли в ноге. Это его слегка насторожило, ведь пуля попала в больную ногу, а он понимал, что это очень больно. Но нет, боль совсем не чувствовалась. Решив не затягивать с этим, Хаус разбудил Формана:
- Эй, Форман, подъем! – прокричал Хаус. – Вставай!
- Хаус, - Эрик, кажется, проснулся. - Как вы?
Он подошёл к кровати Хауса.
- Я не знаю, что-то не так, я не чувствую боль в ноге, вы мне что морфин колите?
- Нет, доктор Кадди запретила наркотики, - Форман всегда выполнял предписания Кадди, а предписания Кадди по отношению к Хаусу тем более.
- Почему я не чувствую боль? - Хаус задумался всерьез над этим вопросом. - Где мне делали операцию?
- В Лас-Вегасе, в больнице Десерт-Спрингс, а затем вы прилетели с доктором Кадди.
- Так. Хорошо, выдерни из меня эти капельницы, посмотрим, вернётся ли боль.
- Хаус вы с ума сошли, - Эрик был недоволен и не согласен со своим начальником, - это против правил, вы потеряли много крови вам нужно восстанавливаться.
- Я хочу, чтобы ты их убрал по-хорошему, а если ты так боишься за моё истощение, притащи сюда минералку, я буду её пить в таких же количествах, сколько вы мне там вливаете.
- Но Кадди… - начал было Форман.
- Заткнись и делай! – прокричал Хаус, он был слегка испуган отсутствием боли. - Я сам с ней разберусь.
- Ладно, только я ни в чем не виноват, - Эрик начал убирать лекарства.- Вы минералку с газом или без любите?
- Без…

Дом Кадди 22:43
Лиза и Джулия пили чай. Лиза уже успела повидаться со спящей Рэйчел. Сейчас она и сестра просто сидели и пили чай, молчали и ждали, кто заговорит первым. Первой нарушила тишину Джулия, она видела, что Лизе надо срочно поговорить и лучше пусть сделает это сейчас, чем потом в одиночку она будет рыдать.
- Что случилось? – спросила она.
Лиза поставила кружку на стол, собралась с мыслями и начала рассказ:
- Я боюсь за него, за себя, может даже за нас…
- Все будет хорошо, – Джулия мило улыбнулась и налила им еще по чашечке чая.

Boardwalk 23:15
Уилсон и Сэм остались в Лас-Вегасе. Сэм уже, заснула, а Джеймс мучился от бессонницы. Завтра по расписанию диагностическая конференция. Он очень волновался, во-первых, из-за того что Кадди еще не звонила. Во-вторых, из-за конференции. В-третьих, из-за того, что он наорал на Кадди, он был уж слишком строг с ней, а точнее груб, но когда он вспоминал тот час и ту минуту в больнице, он понимал всю значимость своих слов…

Два дня назад…
Больница Десерт-Спрингс 01:53
Уилсон пошел за вещами и выпиской Хауса. Поговорив с доктором и договорившись о выписке Кадди как жены Хауса, Уилсон пошел за их вещами. Осматривая вещи Грега, Уилсон случайно что-то выронил. Это были записка и письмо, сначала Джеймс не обратил внимания на записку, так как его заинтриговало письмо. Письмо, оказалось, от матери Грега, она в последнее время себя плоховато чувствовала и, поэтому поехала отдыхать, и по случаю того, что Грег на конференции, она хотела с ним встретиться и с его девушкой тоже. По-видимому, Хаус не решился сказать матери о своем разрыве с Кадди. Уилсон знал, что она очень сильно переживает за счастье сына. Джеймса очень задела фраза: «Надеюсь, ты счастлив. Я очень рада, что ты не одинок! Я со спокойной душой еду в Париж. Храни бог тебя и Лизу! Целую мама».
Так как Джеймс очень воспитанным человеком, он убрал письмо на место, и тут вспомнил о записке. Это была речь для конференции. Решив, что речь это интересно, он начал читать. Похоже, это был призыв, с каплей обращения к Кадди. Ну, если это можно было назвать каплей. Конечно, оно было скрытым, например, как в строчках: «Что такое семья? Не знаете?! Вот и я не очень точно могу сказать, что это такое, но я точно знаю, что это люди, которых мы любим, даже, если не состоим с ними в каких либо узах!» Или строчки, которые Джеймс мог перечитывать снова и снова, всё-таки у Хауса был дар оратора: «У вас есть семья? А у многих она была, как у меня, потом её не стало, затем в жизни появляется человек или люди, которых любишь, в один прекрасный день они или он уходят. Хочется испортить жизнь до конца. Не надо! Не портите свою жизнь наркотиками или алкоголем, это всё равно не поможет! Пытайтесь всё вернуть! Семью, любимых, родных, близких. Начните жизнь заново! Я врач больницы Принстон-Плейнсборо, мы всегда поможем найти выход!» Последние слова были явно маскировочными. От этой всей речевки, от сопереживания другу, его проблемам, Уилсон почувствовал боль внутри себя, как будто его резали по живому. Как же это все тяжело перенести одинокому человеку. Прочитав еще раз речь, Уилсон положил бумагу обратно во внутренний карман пиджака.
Затем, сложив все вещи обратно, он стал осматривать вещи Кадди, ничего необычного не было, сумочка как сумочка внутри лежали: помада, мобильный, билет на самолёт, ключи…
«Стоп! Билет?!» - подумал Уилсон. Билет до Нью-Йорка. Похоже, Лиза Кадди решила лететь домой только за вещами и дочкой, а потом просто убежать подальше от Хауса. Осознав весь ужас происходящего, Уилсон решил остановить беглянку любыми способами. Одним, из которых, являлся звонок Арлин Кадди. Уилсон попросил маму Лизы съездить к дочке в гости, на время, и тем самым не дать ей уехать. Арлин быстро согласилась. А очень злой Уилсон решил перейти в контрнаступление и надавить Кадди на жалость, и гигантское чувство вины. Посмотрев на время, было 02:15, Уилсон отправился в палату Кадди…

Больница Принстон-Плейнсборо. 5:32.
Уже прошло несколько часов, как Хаус не принимал лекарства, но у него всё было замечательно. Нога не болела, да и вообще ничего не болело. Это очень настораживало Грега. Нет, конечно, это хорошо когда не больно, но почему боль исчезла так резко? В отличие от Хауса, Форман был немного на взводе, ведь если что, ему не поздоровится, а так как Кадди обо всём узнает уже утром, Эрик готовился получить нагоняй или даже сменить работу.
Через несколько минут уговоров, Эрик всё-таки дал Хаусу телефон. Тот набрал какой-то номер:
- Алло! – прокричал Хаус
- Хаус?!
- Нет, - сухо ответил Грег. – Папа Римский.
- Ты в порядке? – Уилсон был немного напуган и счастлив одновременно.
- Нет, у меня не болит нога.

Продолжение следует…