Как мы знаем, Хаус настоял на операции, шунт установили. Сердечный приступ не заставил себя ждать.
И вот случаются Великие Глюки! И вся ситуация выходит из пространства логики и рационализма. Сам факт, потустороннего, трансцендентного опыта утверждает сверхъестественные и мистические смыслы. Перед нами его ДУША. Смысл и суть того, что есть Грегори Хаус. Его концептуальное Я. Его ИСТИНА.
Он видит людей, перенёсших ампутацию. Они счастливы. Один гуляет с собакой, другая играет в волейбол. Они довольны жизнью, они подвижны, они полноценны. (То, что дяденька подкрутил чего-то отвёрткой, сути не меняет.) Посмотрите на его лицо. Он изучает их. Он обдумывает ситуацию. Он оценивает… Они не убеждают его! Физическое благополучие. В этом ли дело? Похоже, не физическая полноценность так его беспокоит, не это, как видно, главное. Так что же тогда?!

После глюков:

Стейси: Сильно сейчас болит?
Хаус: Сильно.
Стейси: Если бы ты был прав, боль отошла бы на второй план. Тебе бы становилось лучше.
Хаус: Это просто займёт чуть больше времени.
Стейси: Нет, это не так. Мы должны разрешить им отрезать ногу.
Хаус: Это моя нога. Это моя жизнь.
Стейси: Ты отдал бы ногу, чтобы спасти мою жизнь?
Хаус: Конечно же да.
Стейси: Тогда почему ты думаешь, что твоя жизнь стоит меньше моей? Если бы это был любой другой пациент, что бы ты сказал ему делать?
Хаус: Я бы сказал, выбор за ним.
Стейси: Что? Как бы не так. Ты бы запугивал его, пока он не принял решение, которое ты считаешь правильным. Ты орал бы ему в лицо, что это всего лишь чёртова нога. Думаешь, ты не заслуживаешь жизни? Думаешь, ты не заслуживаешь счастья? Так позволь им отрезать ногу.
Хаус: Я не могу. Не могу. Прости.
Стейси: Боль убьёт тебя
Хаус: Я знаю. Хочу, чтобы ты поговорила с врачом.

На тему выбора здесь и анализировать нечего. В каждой строчке один и тот же смысл. Опять нога. Всё равно нога. И его нога равна его жизни. Она важнее, чем счастье. «Это моя нога. Это моя жизнь». «Я не могу. Не могу. Прости». Он умирает, он знает это. Но он не может, просто не может остаться жить без своей ноги, потому что это для него ничем не лучше физической смерти.
Первоисточник вывел нас за грани физической реальности, ввёл в условие задачи эзотерическую составляющую. Физическая целостность стала условием неприкосновенности его души, его Я, его универсума. Во всей полноте, во всех отношениях. Это его образ жизни, его способ самореализации, его отношения с реальностью, его мировоззрение, его идентичность. И контроль над собственным телом тоже его неотъемлемая часть.
Он создал свой собственный мир. В его мире то, что он увидел, – это только химические реакции. В его мире человек сам определяет свою судьбу. Здесь нет высшей силы, но есть случай. Нет предопределения, но есть ВЫБОР. Нет воздаяния, но есть ответственность. В этом мире главная ценность – безусловная свобода человека принимать решения.
Он не может лишиться части себя, разрушить свой мир. Ведь только такой мир имеет для него смысл. Это не испытание. Просто случай поставил его перед выбором. Он сделал свой выбор, он принял решение.

Конечно же, человек не может осознанно выбрать основанием для решения «сохранение концептуальной целостности личности». Но человек может оставаться верен себе. И поэтому ему нужна ЕГО НОГА. Он так решил. Зачем? Просто надо. Это иррационально. Это противоречит здравому смыслу. Но это факт. И потому у него самого пока нет этому логичного объяснения. Он только знает, что он прав, что так надо. Он придумает рациональную причину потом. Так же, как это уже сделали мы.
Мы это сделали именно потому, что его выбор иррационален. Вернее, нам так кажется, потому что мы просто не знаем его причин. А причина «не-инвалидность» выглядит вполне убедительной и к тому же легко извлекается из контекста. Она не идеальна и оставляет ряд вопросов. Например, не очень понятно, почему лексически ни разу не назван и не упомянут истинный, по нашему мнению, объект выбора (не-инвалидность), почему его последовательно и тщательно замещает производное (нога). Ведь получается, отличное рациональное объяснение своего решения у Хауса есть. Но он упорно отказывается его озвучить и просто упрямо повторяет «мне нужна моя нога». В результате чего окружающие, в том числе и Стейси, в лучшем случае считают, что у него поехала крыша, а в худшем – видят перед собой упрямого идиота.
Вот просто психоз какой-то с этой ногой. А нам нужно вписать его необъяснимое упрямство в рациональный образ Хауса. И раз уж он сам упорно молчит о своих мотивах, мы сами построили за него пусть и неидеальную, но вполне рациональную конструкцию: мы считаем, что он выбрал полноценную жизнь здорового человека, выбрал не-инвалидность.

Но что, собственно, мы имеем в виду? Что именно, по нашему мнению, для него неприемлемо в ситуации инвалидности? Утрата физических возможностей или утрата физической целостности? Это совсем не одно и то же.
Если его беспокоит утрата физических возможностей, то, вообще-то, при ближайшем рассмотрении его выбор яснее не становится. Ведь недостатки тела в этом случае восполнимы, и мы должны согласиться с этим, если считаем, что он был бы счастливее, пойди он на ампутацию. Но он даже не рассматривает такую возможность. Почему? Дети могут, те двое пациентов могут, а он не справится? Вообще-то, нормальный человек, не слабак, не дурак и не трус, физически сильный, каким, без сомнения, является Грегори Хаус, всё же, скорее, будет искать возможности восстановить свою жизнь в новых условиях, но в прежнем качестве, а не впадать в истерику. (Я имею право обратиться к личным представлениям для обоснования этой теории, потому что обоснование противоположной построено именно на таких аргументах.) Но он почему-то упорно, без объяснения причин, вгоняет себя в гроб ради шанса сохранить СВОЮ НОГУ.
Но тогда мы возвращаемся к тому, что его беспокоит утрата физической целостности, то есть именно потеря ноги как таковой. Здоровой, полноценной ноги как части здорового, полноценного целого. Во всех смыслах. И тогда нога встраивается в совсем иную парадигму, превращается в идею, символ, материальное выражение концептуального Я и обретает качество невосполнимости.
И знаете что? Вообще-то, подходит.

P.S. Уффф... С чувством выполненого долга и с чистой совестью ушла пить кофе...

Ещё бы... иначе было бы неинтересно жить)))))

Не тот велик, кто никогда не падал, а тот велик - кто падал и вставал!

alslaf, Очень родно всё это. Зато столько творчества льётся в перерывах! Душа требует продолжения, а его нет, вот и продолжает кто как может для себя))) Спасибо за это сообщение, оно реально очень отражает правду!

Не тот велик, кто никогда не падал, а тот велик - кто падал и вставал!

Вот и всё.....выговорился, уж извините, что так эмоционально, я перед операцией часто нервный.

Не тот велик, кто никогда не падал, а тот велик - кто падал и вставал!