29 Ноября, 2007. Вилсон, Хаус и Кадди собрались в ее офисе. Кадди облокотилась на стол, пока Вилсон стоял перед креслом, а Хаус расположился у закрытой двери.
«Хаус, это слишком даже для тебя»: Вилсон разгорячено тыкал пальцем в сторону друга.
«Я сильно сомневаюсь в этом»: Хаус вскинул брови в ответ.
Кадди подняла руку: «Пожалуйста, Джеймс, успокойся».
«Он сказал моей пациентке, что ее рак прошел»: возмущался Вилсон.
«Ошиблись в лаборатории»: пожал плечами Хаус.
«Третья стадия рака не может пройти, и ты об этом знаешь, Хаус»: глаза Вилсона разъяренно смотрели на Хауса: «Любой здравомыслящий, квалифицированный врач проверил бы…».
«Квалифицированный?»: переспросил Хаус, перебив его: «Оу, это обидно».
Кадди отошла от стола: «Достаточно».
«Он убедил ее, даже когда она поинтересовалась, могут ли результаты быть неверными»: Вилсон попытался успокоиться: «Он, черт возьми, хорошо знал…»
«Я выяснил, что у нее РАР, не так ли?»: Хаус был раздосадован.
«Но, это не меняет тот факт, что у нее рак, Хаус!»: Вилсон сжал пальцы в кулаки.
«Я сказала достаточно»: Кадди встала между ними. Она повернулась в строну двери: «Хаус…о чем ты думал?».
«Я думал о жизни пациента»: ответил он невинно.
«Ты не можешь просто так лгать раковому больному о чудотворном исцелении»: сообщила Кадди расстроено: «Тебе чертовски повезло, что эта история не получила огласки. Потому, что если бы нам пришлось объяснять, что это банальная ошибка лаборатории, это бы в одно мгновенье дискредитировало госпиталь. Это ни когда не должно повториться, ты понял?».
Хаус вернул Кадди рассерженный взгляд: «Но она сама без всяких слов поверила мне изначально…»
«Ты врач!»: Вилсон подступил к Хаусу: «Она доверяла…»
«Нам придется взять на себя все ее медицинские расходы»: Кадди перевела взгляд от Вилсона к Хаусу: «благодаря доктору Хаусу». Она обратилась к Вилсону: «Этого достаточно?».
Вилсон вздохнул: «Полагаю, да»
«О, подлиза»: Хаус выкатил глаза на Вилсона.
«Главная проблема в том, Хаус, что ты даже не думаешь, что был не прав, когда делал это»: Вилсон повернулся и посмотрел на Хауса.
«Я спас ей жизнь»: сообщил Хаус.
«Да, Хаус»: согласился Вилсон саркастично: «Через ложь и искажение фактов. Ты верно должен собой гордиться».
Вилсон открыл дверь и вышел. Когда дверь захлопнулась, Хаус посмотрел на Кадди.
«Что побудило тебя сделать это?»: спросила Кадди, надеясь получить правдивый ответ.
«Я дал этой женщине другие двадцать лет, солгав в одной простой вещи,»: сказал Хаус: «Конечно она, вероятно, не проживет так долго, но, в конце концов, я сделал свою работу. Что касается Вилсона, то, ему необходимо…эй, что это?»
«Что?»: спросила Кадди.
Хаус указал: «Вот эта небольшая гримаса, отразившаяся на твоем лице».
«Ни чего»: Кадди пожала плечами: «Я просто возмущена».
«Это ребенок пинается?»: Хаус взглянул на ее живот, прежде чем снова поднять глаза: «Мик, должно быть, приветствует меня».
«Нет»: Кадди свирепо на него взглянула.
«Но он пинает тебя»: Хаус знал, что был прав.
«Не точно»: Кадди пыталась сделать вид, будто ничего не происходит: «Ребенок просто, иногда, двигается».
«Хм»: Хаус внимательно изучал ее: «Ты сделала точно такое же лицо две ночи назад, когда я принес тебе почту. И вчера, когда я зашел к тебе в офис во время ланча. И вот сейчас. Можно подозревать, что ребенку нравиться двигаться когда…»
«Что бы ты ни думал, это не так»: Кадди подступила к нему, стараясь выглядеть устрашающе.
«Верно»: согласился Хаус недоверчивым тоном.
«Ты ошибаешься, Хаус»: произнесла Кадди: «И сотри это самодовольное выражение со своего лица».
Хаус наклонился ближе к ней: «Тебе просто неприятен тот факт, что ребенок любит меня больше чем тебя».
Он довольно улыбнулся и открыл дверь. Хаус захромал по коридору, а Кади медленно покачала головой, не уверенная, в том, что же она в действительности чувствует когда, что ребенок узнает голос Хауса.
Добавлено (29.06.2008, 08:19)
---------------------------------------------
20 Декабря«Нет, никоим образом»
Хаус следовал за Кадди по больничному коридору. Он, конечно же, не собирался принимать «нет» в качестве ответа. Как бы то ни было, он уже принял решение и не намерен был отступать.
«Кто сказал, что я вернулся, что бы поговорить о пациенте?»: спросил Хаус, мысленно желая, чтобы она прекратила так носиться по клинике на восьмом месяце беременности.
Кадди остановилась, отвечая на его безмолвное желание: «Тогда чего ты хочешь?».
Хаус выдержал паузу и снова вернулся к своему первоначальному плану: «Кадди, я собираюсь дать этому парню лекарство».
Кадди покачала головой: «А, я не собираюсь менять «нет» на «да», только потому, что ты продолжаешь меня изводить, Хаус. Если ты хочешь…»
Кадди замолчала и потянулась к сестринскому столу, когда на мгновенье, в глазах потемнело. Но, вскоре, все снова прояснилось. Хаус, все еще, смотрел на нее, ожидая окончания предложения. Очевидно, не было ни каких внешних проявлений ее странного ощущения. Она потрясла головой.
«Если я, что…?»: Хаус повторил ее слова, ожидание его убивало. Он начинал злиться.
«Прости»: извинилась Кадди, возвращаясь к теме разговора: «Если ты хочешь сделать что-нибудь с этим человеком, найди что-то что…».
Кадди прикрыла веки, так как перед глазами, снова, замелькали мушки. Хаус, несомненно, почувствовал произошедшую перемену, так как мгновенно подхватил ее, как только ее ноги подкосились.
«Эй, полегче»: Хаус ощутил, как его сердце остановилось, а душа ушла в пятки.
«Доктор Кадди, вы в порядке?»: к ней подскочила медсестра.
«Что с ней?»: пробормотал кто-то на заднем плане.
«Она в порядке»: сказал Хаус несколько громче, больше убеждая себя, чем кого-то еще.
«Со мной все нормально»: она вернула себе равновесие и выпрямилась.
Краска смущения залила ее, еще недавно, бледные щеки и она направилась в офис. Хаус шел рядом, на случай если ей вновь вздумается грохнуться на землю.
«Ты не должна так много ходить»: сказал он тихо, положив ладонь на ее руку.
«Перестань беспокоиться. Я возвращаюсь к работе, и мой ответ все еще «нет»!»: заявила она поспешно.
Кадди высвободила руку и захлопнула дверь перед его носом.
Добавлено (29.06.2008, 08:21)
---------------------------------------------
21 Декабря, 2007.
Хаус осторожно зашел в офис к Кадди и тихо закрыл за собой дверь. Кадди стояла перед столом, перебирая карты. Она подняла голову.
«Я слышала ты, все же, нашел способ применить лекарства»: сказала она.
«Тебе не нужно так долго быть на ногах»: сообщил он хромая к ее столу.
Кади вернулась к картам: «Я в порядке».
«Вчера ты почти потеряла сознание»: ответил Хаус, пытаясь сдержать свое беспокойство.
«Нет, это не так»: Кадди, снова, подняла голову: «У меня госпиталь в управлении, Хаус. Я не могу просто остановить…».
«Я сообщу министерству о твоем рвении к работе, когда ребенок решит выскочить раньше времени»: перебил он.
Кадди вздохнула и села в кресло: «Я не могу уйти в декретный отпуск. Некоторые женщины работают до самых родов».
«Ты не простая женщина»: ответил Хаус: «Ты Кадди».
Он протянул руку, показывая стаканчик с холодным десертом: «Здесь. Холодный йогурт с посыпкой».
«Ты держал его все это время?»: она нахмурилась.
«Нет, он был в моем кармане»: Хаус закатил глаза: «Угощение за то, что бы ты села».
Кадди взяла у него йогурт: «Спасибо».
«Как собаке»: добавил он.
«Да, спасибо»: Кадди поставила стаканчик на стол.
«Он не отравлен»: заверил Хаус.
«Я…я знаю это»: она встретилась с ним глазами: «Это только…с тех пор, как я беременна, я не люблю есть это без…»
«Соленого воздушного рисового печенья»: Хаус протянул пакет, который так же прятал от ее взгляда. Он мог быть настоящим волшебником, когда хотел: «Смесь из сладкого и соленого, как я правильно понял».
Кадди покачала головой: «Как тебе удалось это узнать?»
«Вилсон сказал мене это»: Хаус пожал плечами: «Он не должен был знать этого. Кто-то может подумать, что он отец».
«Хаус…»: Кадди хотела сказать ему, что он подобрался к черте отделяющей бизнес от личного.
«Так, что Кадди?»: спросил Хаус: «Ты любишь смотреть шоу Опры и у тебя тайная страсть к томатному соку. Я многое знаю о тебе. Мы вместе работаем. Рисовое печенье и йогурт случайно оказались среди тех вещей, о которых мне известно. Это плохо?»
Кадди посмотрела на него и потянулась за печеньем. Она собиралась сказать «да», а сказала «нет», так как испугалась, что он сейчас уйдет вместе с рисовым печеньем, которое она так сильно желала.
«Сиди, где сидишь»: скомандовал он и сам поднес ей печенье.
Кади кивнула. Хаус развернулся и вышел из офиса.
Добавлено (29.06.2008, 08:22)
---------------------------------------------
16 Января, 2008.
Кади прошлепала в розовых тапочках по своему деревянному полу. Она была одета в жилет, накинутый поверх ночной рубашки. Обе вещи достались ей от сестры. Она потянулась к дверному замку и отворила засов.
«Да?»: спросила она.
Хаус стоял перед дверью, спрятав руки в карманы пальто. Он шагнул в дом, заставив ее отступить, так как не собирался больше стоять на холоде. Кади закрыла за ним дверь.
«Мне необходимо, чтобы ты дала мне свое разрешение на кое-что»: он пытался стряхнуть с себя холод зимнего вечера.
«Что сказала доктор Кеплер?»: Кадди уже догадалась, что это было «нет».
«Старая идиотка?»: спросил Хаус нахмурившись: «Она даже не…»
«Хаус, она моложе тебя»: Кадди сузила глаза.
«Ну, с первого взгляда так не скажешь»: Хаус подумал о женщине с густыми бровями и глубокими морщинами.
«Хаус, я пригласила доктора Кеплер, чтобы она управляла госпиталем на время моего отсутствия»: Кадди сообщила ему устало: «Ты должен спрашивать у нее».
«Кадди, она даже не понимает…»: Хаус попытался объяснить.
«Может быть, это даже хорошо для тебя»: сказала Кадди, положив руки на бедра: «Как ты думаешь? Что, может быть, мое отсутствие, хоть как-то, ограничит тебя».
«А, кого нужно будет ограничить, когда все твои пациенты умрут?»: Хаус повысил голос.
«Хаус…»: Кадди направила на него свой авторитетный взгляд.
«У меня не было возможности ни чего сделать, все эти два дня, пока моему пациенту не стало хуже»: Хаус немедленно прервал ее, пытаясь убедить в своей точке зрения: «Мне необходимо твое согласие на эту процедуру и я оставлю тебя в покое».
«Если я дам разрешение, это подорвет авторитет доктора Кеплер»: Кадди покачала головой: «Мне было так сложно найти кого-нибудь, кто бы согласился подменить меня, получив в нагрузку тебя».
«Просто…»: у Хауса не было слов. Его пациент умирал, а он не мог провести ни одной процедуры: «Сделай это для меня».
«Нет, Хаус»: Кадди протестовала.
«Я дал тебе ребенка!»: заявил он, разводя руками.
Кадди вздохнула: «Я ждала, когда ты сыграешь этой картой».
«Работает?»: спросил Хаус с надеждой.
«Нет»: ответила Кадди.
«Ну же, Кадди»: Хаус начинал злиться.
«Я не позволю тебе играть этой картой»: сказала Кадди: «Ребенок это ни какая-то вещь, понял? Это не связано с работой. Это был наше личное бизнес соглашение и сейчас оно окончено».
«Ты права»: сказал Хаус и его тон стал жестким: «Просто хотел убедиться, что ты об этом не забудешь, когда у тебя не будет мыслей что делать дальше».
«Хаус, не делай этого»: тихо попросила его Кадди.
«Нет, Кадди это прекрасно»: ответил Хаус резко.
«Ты тоже привязался»: она знала, что права: «Это была плохая идея. Мы не должны были…».
«Я не привязался ни к тебе, ни к твоему чертовому ребенку»: Хаус наклонился ближе: «Я просто потакал тебе потому, что не хотел слышать твоих жалоб о том, как ты одинока».
Кадди положила руки на живот, когда почувствовала, как пошевелился ребенок, услышавший и признавший голос Хауса.
«Ты действительно так думаешь?»: спросила она, не сводя с него глаз.
«Конечно, да»: сказал Хаус свирепо: «Разве я похож на человека, который получает удовольствие от всей этой болтовни о детях и их именах, Кадди? Ты думаешь, я внезапно изменился? Я все еще Грегори Хаус, и я, все еще, не хочу детей. И не хочу ни каких дел с тобой. Так, что бы ты там не думала, я…»
«Но, ты единственный кто приходил проведать меня»: начала Кадди, пытаясь сдержать слезы: «Ты единственный кто уговаривал меня уйти с работы, и ты единственный, кто знал о моих предпочтениях, когда…»
«Я делал это только потому, что не хотел слушать твои стоны и жалобы»: ответил Хаус, с преувеличенным вздохом.
«Разве ты не знал, что я могу сама о себе позаботиться?»: спросила Кадди.
«Нет»
Хаус ранил ее, он знал это, но не мог остановиться. Он чувствовал, что предает ее. У нее была его частичка, растущая внутри нее, но он старался не показать, как это важно для него. Это раздражало его. Он не хотел, что бы это его заботило.
Это не вина Кадди, хотеть ребенка и согласиться на единственный шанс. Это не ее вина, что он ни как не мог справиться с тем фактом, что она носит его ребенка. И, уж точно, не вина Кадди, в его неспособности сказать ей, что он в действительности чувствует по поводу всего этого. Как бы то ни было, он расстроил ее и доктор Кеплер послужила причиной этого.
«Убирайся»: Кадди толкнула Хауса к двери.
«Прекрасно, Кадди»: Хаус отошел от нее и открыл дверь: «Я найду способ управлять доктором Кеплер».
«Хорошо!»: произнесла Кадди и с силой захлопнула дверь.
жду продолжения. 
