Глава 7.

Была ночь.
Не смотря на то, что невыносимая жара спала, и было приятно свежо, Хаус и Кемерон не спали. "Кемерон постепенно сходит с ума",-подумал Хаус. Переживая, он постоянно поглядывал в ее сторону. Она сидела на своей кровати, поджав колени к подбородку , уткнувшись лицом в одеяло. Ее дыхание было тяжелым, как у человека с астмой. Ее взгляд упирался в одну точку на противоположной стене.
Хаус достал ноутбук и зашел на почтовый портал.
- У вас три новых сообщения!-пропел ноут.
"Неплохо, -подумал Хаус,-за раз так много я еще не получал!"
Кемерон понемногу пришла в себя и тихо, словно кошка, пробралась к Хаусу. Он заметил ее лишь тогда, когда она присела рядом с ним и заглянула в экран. Хаус поднял голову и посмотрел на нее. Она смотрела на него заплаканными глазами. Ее волосы слиплись от пота, впрочем, как и у Хауса, и плетями свисали с плеч.
- Вы... Вы отправили... письмо?-тихо спросила она, с непонятным страхом смотря на экран.
- Эсли это не спам, то я получил ответ,- сказал Хаус, и снова почувствовал прилив сожаления. Кемерон сидела рядом с ним, как прогнанная из дому собака.
Хаус кликнул на "Читать". Первая от Уильсона: "Хей, как дела?"
Вторая от администрации портала: "Счастливого Рождества!"
Третья от Кадди: "Срочно!"
- Как? Уже рождество?!-пробормотала Кемерон. Она не могла поверить. Впервые в жизни она забыла о нем. Хаус тоже был немного удивлен. Он кликнул на сообщение от Кадди:
" Хаус! Мы были просто в шоке от случившегося и безумно переживали за вас! А ты просто прислал е-майл?! Ты действительно идиот!"
-Ага, теперь я виноват, что мы сидим тут в этом дерьме!-пробормотал Хаус.
"Не переживайте! Я выяснила, что несколько часов назад спасательная группа уже направилась к вам. Завтра днем они будут на месте.
P.S. Счастливого рождества!
Кадди."
Кемерон с криком вскочила, потом развернувшись обняла Хауса. Хаус тоже с облегчением улыбнулся. Кемерон закрыла глаза и улыбалась. Их найдут!
Хаус почувствовал, как намокла футболка там, где Кемерон прижала свою голову. Он чувствовал ее сердцебиение. Он обнял ее крепко. Впервые он был не один в рождество. Хотя Кемерон была тут не по собственному желанию, но все же она была с ним.
Когда Кемерон немного успокоилась, она почувствовала, что Хаус ее все так же крепко обнимал, и ее сердце пропустило удар. Они довольно долго сидели так обнявшись.
Отпустив, наконец, друг друга, они встретились взглядом. Кемерон заметила, что глаза Хауса тоже были влажными. Она не знала, что сказать, поэтому просто отвела взгляд и закрыла глаза. Она почувствовала, как Хаус провел рукой по ее волосами слегка притянул ее голову к себе. Она пустила все на самотек и неожиданно почувствовала его губы на своих. Он целовал ее так страстно, как никого больше. Их языки сплетались, лаская друг друга. Кемерон открыла глаза и посмотрела на закрытые глаза Хауса. В уголках светились слезы. Она чувствовала его желание. Это было совсем не так, как в первый раз, у него на кухне, она чувствовала его сердце, его стремление. Они не могли оторваться друг от друга. Хаус гладил ее волосы, она целовала его щеки, шею, снова и снова возвращаясь к губам.
Не прекращая поцелуя, Хаус приподнял ее к себе, так что она могла обвить его тело ногами.
Кемерон осторожно опустила руки к его брюками расстегнула. Хаус улыбнулся, не отрывая своих губ. Хаус тоже дал свободу рукам, которые уже пробрались под легкую футболку. Кемерон чувствовала себя самой счастливой во всем мире. Все годы, которые она так страстно ждала подобного момента, пролетели у нее перед глазами. Сколько слез она пролила в надежде хоть на малую долю внимания. Теперь же она была в его объятьях и целовала его...
Кемерон стянула с него штаны, Хаус с легкостью снял с нее футболку. Лишь на секунду отстранившись друг от друга, и Кемерон уже была только в нижнем белье. Футболка Хауса полетела к остальным вещам на полу. Он все сильнее прижимал ее к себе, целуя и поглаживая он добрался до застежки ее лифчика. Нежно сняв лямки с плеч он отбросил его прочь. Кемерон обвила руками его шею, и он почувствовал ее груди на своем обнаженном теле. Все это время они не прекращали целоваться, страстно и игриво исследую друг друга.
Наконец, Хаус снял с нее трусики, Кемерон положила свои руки ему на бедра и проделала то же самое с его боксерами.
Когда оба оказались без ничего, Кемерон медленно заставила Хауса лечь и оказалась сверху...

Кемерон проснулась почти в полдень. На нее нахлынули события последней ночи. Она подумала о Хаусе, и снова почувствовала приятную истому в низу живота... Она вспоминала все до мелочей. Хаус был так близок, как никогда. Он был так нежен... Его жесткая раковина приоткрылась, для нее... Для Кемерон, его подчиненной, на которую он никогда не обращал внимания... Она узнала его с другой стороны, открытого, любящего Хауса.
Кемерон заметила, что была одна. Хауса не было рядом. Ее охватило чувство страха. Он ушел.. Что если, проснувшись, он посчитал все это огромной ошибкой? У нее снова навернулись слезы на глаза.

Было раннее утро, когда Хаус открыл глаза. Сначала он не понял, почему лежал абсолютно голый. Он почувствовал, что рядом с ним был еще кто-то. Оглянувшись, он увидел Кемерон и вспомнил все произошедшее. Его снова охватило то чувство счастья, легкости и еще чего-то необыкновенного. Он почувствовал, насколько сильно любит его Кемерон, и как ей было хорошо, с ним. Но его же мысли вернули к действительности. Он не сможет... Он знал, что никто не способен, разве что Уильсон, выдержать его достаточно долго. Он был еще не готов, чтобы снова довериться. Не смотря на то, что он любил, когда она была рядом, что она была именно сейчас с ним, он не мог. Он знал, что она любит его таким как есть, но не был уверен, что сможет провести с ним остаток жизни. Он не верил, что ее любовь могла быть настолько прочной.
Хаус тихо встал. Кемерон повернулась на другой бок и провела рукой как раз по месту, где он только что лежал. "Хаус",-пробормотала она во сне.
Он оделся и вышел.