Добавлено (12.08.2008, 13:07)
---------------------------------------------

Катнер улыбнулся, подмигнул недотроге и… решил на всякий случай высушить волосы феном.
В процессе сушки волос индус вдруг подумал, что ему не мешало бы побриться. Момент все-таки был ответственный.
Наконец, через полчаса, наведя последний лоск (с ног до головы облившись туалетной водой «Soul»), Катнер вернулся в комнату и, робея, присел на кровать. Немного помедлил, не находя нужных слов... Но потом твердо сказал себе, что он всего-навсего собирается надеть пижаму, и вообще нужно смотреть на вещи проще.
И решительно натянул штаны.
И куртку.
И застегнул пуговицы.
Выключив свет, чтобы не портить торжественность момента, Катнер приготовился вкусить райского блаженства — почувствовать себя владельцем чудесной пижамы…
И мгновенно вырубился (ну, вы понимаете: сборы, хлопоты, перелет, смена часовых поясов...).

Но и во сне ему не удалось хотя бы на мгновение насладиться обладанием пижамой. Едва он закрыл глаза, как ему начал сниться Человек.
Катнер был лично с ним не знаком, но точно знал: тот, кто ему снится, имеет самое непосредственное отношение ко всему, что происходит в Принстон Плейнсборо. Несмотря на то, что человек был без оружия и в обычном костюме с галстуком, он производил самое грозное впечатление. Во-первых, из-за своего громадного роста. Во-вторых, из-за того, что он говорил ровным негромким голосом, хотя явно был очень разгневан. Но страшнее всего было сочетание холодных яростных глаз и спокойной улыбки…

Человек мучил Катнера всю ночь. Он то задавал абсолютно незначащие вопросы (например, интересовался, сколько таблеток викодина принимает в день доктор Хаус), то начинал пространно рассуждать о каких-то отвлеченных моральных категориях, причем Катнер никак не мог уследить за мыслью и скулил во сне от сознания собственной никчемности.
Уже под утро, вымотав бедняге всю душу, человек вдруг расправил плечи, став еще выше и страшнее, вытянул руку, указывая на Катнера, и рявкнул: «Твоей-то пижамы мне и надобно!». А потом рассмеялся таким леденящим душу смехом, что бедный индус с воплем вскочил с кровати.